Почему деньги Нацфонда нужнее внутри страны

Сегодня мировая экономика живет в условиях устойчивого инфляционного давления. Обесцениваются не только валюты развивающихся рынков, но и ключевые мировые резервы. Если взглянуть на ситуацию прагматично: то, что можно было построить и оснастить на 10 миллионов долларов десять лет назад - будь то современная клиническая больница с передовым диагностическим блоком или цифровая школа - сегодня требует в полтора-два раза больших вложений. Дорожают строительные материалы, инженерные коммуникации, медицинское оборудование и международная логистика.

Удерживать колоссальные ресурсы в консервативных иностранных активах в таких условиях - значит соглашаться с тем, что их реальная покупательная способность тает с каждым годом.

Анатомия суверенных миллиардов

Чтобы понять масштаб вопроса, достаточно взглянуть на структуру и динамику активов. Согласно официальным данным, финансовая подушка страны выглядит весьма внушительно:

• В июньском отчете председателя Нацбанка Тимура Сулейменова перед президентом, отмечалось: по итогам 2025 года объем золотовалютных резервов Нацбанка достиг рекордных $65,4 млрд, а валютные активы Нацфонда выросли на $5,1 млрд и составили $63,9 млрд.
• В том же месяце на совместном заседании палат парламента министр финансов Мади Такиев озвучил консолидированный показатель: общие активы Нацфонда на конец 2025 года достигли $73,8 млрд (из них валютный портфель - те самые $63,9 млрд).

По данным Национального банка, на конец 2025 года 92,79% активов Нацфонда приходилось на сберегательный портфель, и лишь 7,21% - на стабилизационный. Именно сберегательный портфель генерирует основной инвестиционный доход, однако львиная его доля размещена за пределами страны.

В июле 2026 года регулятор скорректировал структуру сберегательного портфеля:

• Доля акций сократилась с 38,6% до 35%;
• Активы в золоте снизились с 7,1% до 5%;
• Государственные ценные бумаги развитых стран уменьшились с 21,9% до 19%;
• Выросли доли гособлигаций развивающихся стран (с 19,3% до 21%), корпоративных облигаций (с 9% до 10%) и альтернативных инструментов (с 4,1% сразу до 10%).

В итоге только на государственные облигации зарубежных стран приходится суммарно 40% портфеля. При этом ключевую доходность обеспечивают вовсе не они, а акции (так, по итогам 2024 года акции принесли $3,14 млрд из общего инвестдохода в $4,6 млрд). Размещение десятков миллиардов долларов в зарубежные долговые бумаги развитых и развивающихся государств фактически означает финансирование чужих экономик под умеренный процент, пока собственная инфраструктура испытывает острый дефицит ресурсов.

Фонд уже меняет формат: от «копилки» к источникам развития

Представление о Нацфонде как о наглухо запертом сейфе «на черный день» давно устарело. Первые годы фонд действительно работал исключительно на накопление, но затем стал активным участником социально-экономических процессов.

Самый яркий пример прямого участия граждан - программа «Нацфонд - детям», запущенная с 2024 года. Половина усредненного инвестдохода фонда ежегодно зачисляется на специальные счета несовершеннолетних казахстанцев. Кроме того, фонд на постоянной основе подставляет плечо республиканскому бюджету через трансферты. В пиковые кризисные годы пандемии (2020–2022 гг.) гарантированные трансферты достигали 4,77 трлн, 4,55 трлн и 4 трлн тенге соответственно, плюс целевые трансферты (1,85 трлн тенге в 2021 году). Позже гарантированный трансферт зафиксировали на уровне 2 трлн тенге в год, однако потребности развития диктуют свое: в 2025 году при гарантированном трансферте в 2 трлн тенге размер целевого трансферта на реализацию ключевых проектов составил 3,2 трлн тенге.

Инфраструктурный выбор: не ждать десятилетиями

Реальность такова: если пытаться ликвидировать накопленный дефицит школ, больниц и инженерных сетей исключительно за счет текущих бюджетных поступлений, этот процесс растянется на десятилетия. Бюджет перегружен текущими социальными обязательствами, выплатами и базовыми госрасходами. Очередь на строительство современных районных больниц, ликвидацию трехсменных и аварийных школ, замену изношенных тепломагистралей двигалась бы черепашьими темпами. Но казахстанцы живут здесь и сейчас, и базовые условия для качественной жизни нужны гражданам сегодня, а не через полвека.

Как пишут экономисты, курс на масштабное строительство социальных и инфраструктурных объектов с привлечением ресурсов Нацфонда - это не «проедание резервов», а осознанная трансформация валютных накоплений в осязаемый физический капитал.

Что является более надежным наследием для будущих поколений? Записи на счетах иностранных депозитариев, подверженные глобальной инфляции и внешнеполитическим шокам, или сильная страна с надежной энергетикой, современными медицинскими центрами и передовыми школами?

Разумеется, перевод средств фонда во внутренние стройки требует жесткой прозрачности: независимой строительной экспертизы, открытых цифровых закупок и строгого контроля за каждой сметой. Деньги Нацфонда не должны растворяться в неэффективном администрировании.

Эпоха, когда суверенные резервы оставались «вещью в себе», завершается. Деньги не должны лежать пассивным грузом в чужих облигациях - они обязаны строить фундамент благополучия казахстанцев прямо сейчас.