«Не нужно считать себя психом»: Монолог алматинки, которая добровольно легла в центр психического здоровья

25-летняя жительница Алматы Еркежан Шалдыбаева столкнулась с ментальными проблемами и серьезной депрессией. Девушке не хотелось вставать с кровати, есть и ходить на работу. Когда ей перестала помогать психотерапия, а состояние лишь ухудшалось, Еркежан решилась на госпитализацию в Алматинский центр психического здоровья. Журналист ИА «NewTimes.kz» передает рассказ девушки про лечение от депрессии, стереотипах о «психушке» и важности ментального здоровья.

«Не нужно считать себя психом»: Монолог алматинки, которая добровольно легла в центр психического здоровья
Фото: freepik.com

Тревожные звоночки, или Почему я решилась на госпитализацию

Все началось с депрессии: не хотелось вставать с кровати, пропадал аппетит, я буквально заставляла себя идти на работу. Первое время пыталась вытащить себя через психотерапию, но состояние все ухудшалось.

Мне хотели назначить медикаментозную психотерапию, но я отказалась. Это было на одной консультации с психиатром, которая мне не особо понравилась. Она предложила таблетки, больше похожие на плацебо, поэтому я решила продолжить терапию.

Думаю, это было большой ошибкой. Потому что через год ситуация повторилась, и ощущалась она в разы хуже. Были даже суицидальные мысли.

Тогда я решила обратиться уже к другому психиатру, чтобы мне все-таки выписала медикаменты. Но, оценив мое состояние, врач посоветовала сделать выбор в пользу госпитализации. Можно сказать, она исправила мое представление о «психушке».

Лечение в центре психического здоровья бесплатное, нужно только получить направление у участкового психиатра и собрать анализы.

Как меня лечили

Как и говорила, первоначальная проблема, с которой я обратилась в центр, — это депрессия. Чуть  позже диагноз изменился на «пролонгированную депрессивную реакцию, обусловленную расстройством адаптации». Вот такой сложный термин.

Какое-то время врачи не отметали подозрение на шизофрению, но, к счастью, диагноз не подтвердился.

В больнице мне назначили медикаменты — нейролептики, антидепрессанты и транквилизаторы. От них затормаживается работа мозга и порой усугубляются суицидальные настроения.

Поэтому я благодарна своему психотерапевту, которая отказалась выписывать медикаменты на дом и настояла на моей госпитализации.

Какие бывают побочки от лекарств? Сильно падало давление, темнело в глазах, были головные боли, слабость, заторможенность и жажда. Какое-то время мне не приносила удовольствия еда. Просто не было аппетита, зато очень хотелось выпить. Бывало, что дрожали руки или в начале речи заплетался язык.

Важно отметить, что медикаменты тестируют в течение двух недель. Если побочка не проходит, то меняют медикаменты на другие, у меня так и произошло. Вторые подошли куда лучше.

Еще проводят различные тесты — проверяют запоминание слов и цифр в обратном порядке, хронологию и обоснование сценариев в картинках, ассоциативную память.

Об атмосфере в центре психического здоровья

Главное здание центра — в ужасном состоянии, я давно не видела таких «убитых» медицинских учреждений. Но меня госпитализировали в психосоматическое отделение. Оно новое, и поэтому тут неплохо. Немного напоминает дом престарелых. В каждой палате установлены камеры, а вот розетки есть только в коридоре. Еда там не очень вкусная.

В моем отделении есть платные палаты — одноместные и со своим туалетом, плюс за пациентом прикреплена санитарка. В одной из таких палат лежал старенький дедушка. Сначала его кормили с ложки, а месяц спустя он уже хотел самостоятельно относить посуду.

Я долгое время лежала одна в бесплатной палате, рассчитанной на троих, потому что людей было мало. А чуть позже ко мне подселили молодую женщину с послеродовой депрессией.

О жестоких врачах и санитарах

Про распространенный миф о жестокости санитаров ничего не скажу. В столовой я видела несамостоятельных стариков — с ними они как строгий родитель с детьми. С нами персонал дружелюбный. Возможно, в других отделениях, где лежат совсем невменяемые, дела обстоят намного хуже.

По отношению ко мне медсестры, санитарки и психологи были добры, а вот лечащий врач и профессор немного напрягали. У них консервативные взгляды —  беспокоили мои отношения с родителями и «эмоциональная депривация». Первое время они не отметали подозрение о шизофрении, хотя мой личный психотерапевт была уверена в ее отсутствии.

Не все пациенты — психи

Новое отделение для неврозов, тревожных состояний и депрессии появилось лишь в прошлом году, потому что таких пациентов становится больше, а значит, наша психиатрия меняется в лучшую сторону.

Среди стариков тут больше женщин, но в возрасте до 30 лет идет большой перевес в сторону мужчин. По одной из версий, тут много молодых парней, потому что кто-то встает на учет психиатра, чтобы откосить от армии. Потом им тут нужно отлежаться, чтобы сняться с учета. Такой себе лайфхак.

К слову, если вас пугали, что попади ты к психиатру — тебя сразу на учет, это совсем не так. Несамостоятельные старички лежат тут в основном с деменцией. Кто-то даже не узнает родных, если их навещают. За этим грустно наблюдать. Однажды я вышла в другое здание в дождливую погоду и проходила мимо тяжелобольных — вот это было жутковатое зрелище. В остальном ничего угнетающего нет.

Забавное наблюдение: если отслеживать новых пациентов и посещения, то женщин сюда в основном кладут или посещают их дети. А среди мужчин, даже очень взрослых, это матери, тети, сестра. Казалось, я тут единственная привела себя сама, а посещали меня исключительно друзья.

Я повторюсь, что наша психиатрия меняется в лучшую сторону. Начиная с того, что вместо диспансеров теперь центры психического здоровья, а для депрессивных и невротиков — свое отделение. На учет ставят лишь тяжелых пациентов, поэтому все друзья и коллеги адекватно отреагировали на мое решение и поддерживали меня.

Loading...

27 мая, среда