«Мы живем в дискриминационной стране»: Что ЛГБТ-пары думают о запрете на усыновление детей в Казахстане

По последним данным более 4,5 тыс маленьких казахстанцев живут без родительской любви и заботы. В 107 специальных учреждениях сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, ждут своего шанса на усыновления. Однако, подарить малышу из детского дома новую семью могут не все — казахстанские законы запрещают усыновлять детей лицам, придерживающимся  «нетрадиционной сексуальной ориентации». Журналист ИА «NewTimes.kz» побеседовала с парой лесбиянок и узнала, как именно дискриминируются права ЛГБТ в Казахстане. 

«Мы живем в дискриминационной стране»: Что ЛГБТ-пары думают о запрете на усыновление детей в Казахстане
Фото: burst.shopify.com

Ирина и Анель (имена изменены - прим.ред) вместе уже более пяти лет. Девушки познакомились в социальных сетях и долго общались на расстоянии. В конце прошлого года Ирина решила переехать в Алматы, чтобы быть рядом со своей девушкой. О причинах переезда она не рассказала никому из своей семьи:

«У меня очень традиционные родители, они ходят в церковь, верят в бога. До определенного момента я разделяла их ценности, но уже в подростковом возрасте поняла, что меня не привлекают парни. 

Я еще не осознавала своей ориентации, казалось, будто это со мной что-то не так все дружат с мальчиками, ходят на свидания. А мне это было неинтересно. Потом я влюбилась в свою близкую подругу, но очень боялась в этом признаться. Мне повезло, потому что она поддержала меня, не стала отворачиваться только из-за ориентации.

Но религия перестала быть для меня священной - зачем верить в то, что отрицает и осуждает твое существование? Я отдалилась от родителей, так и не решила аутнуться (рассказать о своей ориентации - прим.ред) перед ними», рассказывает свою историю Ирина. 

По словам Анель, ее родные знают о том, что она лесбиянка. Но предпочитают не обсуждать эту тему. Сейчас девушки вместе снимают квартиру, занимаются творчеством и думают о переезде в другую страну. А все потому, что пара очень хочет завести ребенка, но не видят такой возможности в Казахстане:

«Полгода назад мы впервые начали обсуждать вопрос усыновления или опекунства. В финансовом плане у нас все хорошо, мы два взрослых человека, которые готовы взять на себя ответственность. Пришли к выводу, что могли бы воспитать ребенка и создать полноценную семью», вспоминает девушка. 

По словам влюбленных, их устраивает гражданский брак, и пока они не собираются официально закреплять свои отношения. Однако этого права не должны быть лишены другие геи и лесбиянки:

«Нынешнее законодательство дискриминирует ЛГБТ-сообщество в праве законодательство оформить свой союз. Это не просто прихоть или «пропаганда», ведь брак гарантирует вам право на наследство, алименты, регулирует некоторые медицинские процедуры. Не говоря уже о том, что человек сам вправе выбирать, кого ему любить и на ком жениться или выходить замуж», — считает Ирина. 

Больше всего девушки возмущены тем, что геи и лесбиянки в Казахстане не имеют права на усыновление и опекунство. Во-первых, для усыновления ребенка паре нужно обязательно вступить в брак — это прописано в Кодексе РК «О браке (супружестве) и семье». Однако ЛГБТ-сообщество изначально лишено такой возможности:

«В Кодексе говорится, что усыновить ребенка разрешается при наличии в семье условий для нормального физического духовного и нравственного развития, воспитания и образования ребенка. Под эти критерии мы с Ириной попадаем — у нас есть жилье, стабильный заработок и мы полностью дееспособны. Но заключить брак мы никак не можем, этого не позволяет сам закон», — сетует Анель. 

«Я считаю, что нужно убрать оскорбительную норму о том, что усыновителями не могут быть лица, придерживающиеся нетрадиционной сексуальной ориентации. Во-первых, само выражение «нетрадиционная ориентация» в корне неверно. Нет традиционной или нетрадиционной ориентации, есть выбор человека. 

Во-вторых, это будто приравнивает геев и лесбиянок к людям второго сорта. По сути, нас ставят в один ряд с преступниками, психически нездоровыми людьми и другими девиантами. Им тоже запрещено брать детей из детских домов», — продолжает Ирина. 

Девушки уверены, что многие гей-пары намного осознанней и серьезней остальных относятся к процессу усыновлению:

«Есть стереотип, что геи и лесбиянки будут пропагандировать ребенку свою сексуальную ориентацию, и он тоже обязательно вырастет геем. Но это же так не работает. Ребенок смотрит на кучу разных людей в окружении или медиа, но не становится абсолютно таким же. Ориентацию нельзя навязать искусственно. Он просто будет видеть родителя другого пола, но от этого не теряется понятие гендерных ролей в семье. 

Еще некоторые гомофобы считают, что геи обязательно будут совращать усыновленного ребенка. Во-первых, ЛГБТ не равно педофилии, некоторые даже не понимают этого. 

Во-вторых, на примере других стран мы видим, как тщательно там проверяют потенциальных усыновителей, особенно если они гомосексуальны. Никто не доверит ребенка психически нездоровому человеку или насильнику. Почему нельзя применить такую же практику и в нашей стране?», — возмущается пара. 

Девушки считают, что многие дети уже сейчас могли бы счастливо жить в новых семьях, а не страдать в детских домах:

«Но мы живем в дискриминационной стране, где якобы нет ЛГБТ людей. Зато есть тысячи сирот в детдомах. Тысячи судеб можно было бы изменить, если бы наше государство было чуть толерантнее и терпимее.

Поэтому мы с любимой планируем уехать не только отсюда, но и вообще из СНГ. В той же России ситуация с правами ЛГБТ еще хуже. Там даже есть закон о пропаганде. Вы, наверное, видели их ролик о поправках в Конституцию? Там показали гей-пару, которая хочет взять ребенка из детского дома, и это подается под соусом самого страшного будущего для России. А то, что в будущем по-прежнему есть сироты в детских домах,  никого не пугает», — размышляет пара.

Loading...

15 июля, среда