Эпоха тюрков: что значит визит Эрдогана в Казахстан и почему это важно

После начала войны России против Украины развитие Среднего коридора стало стратегическим приоритетом как для Турции, так и для Казахстана. Анкара стремится снизить зависимость от российских транзитных маршрутов и укрепить собственную роль ключевого логистического хаба между Азией и Европой. Астана, в свою очередь, тоже заинтересована в диверсификации экспортных путей и снижении зависимости от инфраструктуры, проходящей через Россию.

Именно поэтому интересы двух стран вокруг Среднего коридора сегодня во многом совпадают. Турция активно продвигает идею тюркской интеграции и рассматривает Казахстан не только как крупнейшую экономику Центральной Азии, но и как важнейшее звено новой евразийской логистики. В турецких экспертных кругах Казахстан называют «энергетическим партнером №1» Анкары в регионе.

Неудивительно, что развитие Среднего коридора стало одной из центральных тем во время государственного визита Реджепа Тайипа Эрдогана в Астану. В аэропорту турецкого лидера лично встретил Касым-Жомарт Токаев, подчеркнув особый статус отношений между двумя странами.

По итогам переговоров стороны заявили, что сейчас реализуют около 50 совместных проектов общей стоимостью порядка 4 миллиардов долларов — от энергетики и логистики до промышленности и инфраструктуры.

Кроме того, Астана и Анкара подтвердили намерение увеличить двусторонний товарооборот до 15 миллиардов долларов — почти втрое больше показателя прошлого года.

Турция и Казахстан подписали Декларацию о вечной дружбе и расширенном стратегическом партнерстве.

Если вынести за скобки многомиллиардные контракты, транспортные коридоры и сухие экономические показатели, то главный смысл визита сводился к куда более понятному — Касым-Жомарт Токаева и Реджеп Тайип Эрдогана связывает крепкая, почти братская дружба. Во время переговоров президенты не раз уходили от привычного дипломатического языка и говорили о доверии и многолетней связи между двумя странами.

О многом говорил уже сам прием Эрдогана в Астане. Турецкого лидера встретили в Казахстане словами: «Добро пожаловать на землю предков». 

Касым-Жомарт Токаев — политик старой дипломатической школы, где большое значение имеют детали, которые многие могут даже не заметить. Президент Казахстана никогда не позволит себе исковеркать фамилию иностранного коллеги или неправильно произнести название другой страны. Во время государственного визита Эрдогана я заметила одну, казалось бы, незначительную деталь. В своих выступлениях Токаев называл Турцию не привычным для русскоязычного пространства словом «Турция», а «Türkiye» (читайте как «Тюркие») — максимально приближенным к турецкому произношению. Причем глава государства произносил это слово без акцента, хотя президент не говорит по-турецки.

Для Анкары такие детали важны. В 2022 году Эрдоган официально попросил международное сообщество использовать название «Türkiye» вместо англоязычного Turkey (turkey в английском языке — «индейка» — прим. Авт). 

Касым-Жомарт Токаев и Реджеп Тайип Эрдоган — почти ровесники, или, как сказали бы по-казахски, «замандастар» — люди одной эпохи. Токаев старше Эрдогана всего на один год.

И, возможно, именно поэтому между лидерами Казахстана и Турции чувствуется редкое для мировой политики личное взаимопонимание — когда главы государств разговаривают не как формальные союзники, а как люди, которые хорошо знают цену власти, времени и словам друг друга.

Токаев и Эрдоган — политики одного поколения, которых большая политика давно закалила. За их плечами — десятилетия дипломатии, мировые кризисы, смена эпох и постоянное давление геополитики.

Геополитическая мысль долгое время строилась вокруг контроля над территориями, границами и выходами к морям. Теория «Хартленда» рассматривала центральную часть Евразии как «сердцевину мира», от которой зависит устойчивость глобального порядка. Но современная международная система показывает, что одной лишь географии уже недостаточно. В XXI веке влияние определяется не только контролем над пространством, но и способностью управлять потоками — торговыми, энергетическими, транспортными, цифровыми и дипломатическими.

Именно в этом контексте все чаще рассматривается роль Казахстана. Несмотря на отсутствие прямого выхода к мировому океану, наша страна постепенно превращается в один из ключевых транзитных узлов Евразии. Казахстан находится на пересечении маршрутов между Китаем, Россией, Центральной Азией, Кавказом, Каспийским регионом и Европой.

Каспий сегодня — это уже не просто внутренний водоем. Здесь пересекаются интересы Китая, России, Турции, Европы и стран Центральной Азии. Именно через Казахстан проходит значительная часть Среднего коридора — маршрута, который соединяет Китай и Европу в обход России, и в котором так сильно заинтересована Анкара. Проект рассматривается как альтернатива Ормузскому проливу на фоне растущей напряженности в регионе. Центральную роль в инициативе играет маршрут TRIPP (Trump Route for International Peace and Prosperity), который получил поддержку администрации президента США Дональда Трампа.

Параллельно Казахстан пытается укреплять репутацию «острова стабильности» в регионе, где сохраняются риски конфликтов, санкционного давления и политической турбулентности.

Однако значение Казахстана определяется не только его ресурсами или транзитным положением. Главный вопрос заключается в способности страны сохранять внутреннюю устойчивость и одновременно балансировать между интересами Китая, России, Турции, Запада и исламского мира.

Во время переговоров Касым-Жомарту Токаеву и Реджепу Тайипу Эрдогану представили несколько крупных совместных проектов Казахстана и Турции.

Турецкие инвесторы собираются построить горно-обогатительный комбинат в области Абай, запустить производство желатина в Алматы, открыть современный завод БАДов в Туркестанской области, создать логистический центр в аэропорту Актобе вместе с «Казпочтой», а также построить в Астане предприятие по глубокой переработке пшеницы и гороха.

Общая стоимость этих проектов превышает 920 миллионов долларов. Ожидается, что они создадут более 3100 рабочих мест.

Эти договоренности выглядят амбициозно. Однако на пути реализации этих планов Турция сталкивается с некоторыми серьезными проблемами.

Первая — нестабильность во внутренней политике. Год назад в Стамбуле вспыхнули протесты. Поводом стало уголовное преследование бывшего мэра Стамбула Экрема Имамоглу, которого обвинили в коррупции и пособничестве террористической организации. Сторонники Имамоглу уверены, что преследование политически мотивировано, и говорят о целенаправленной попытке отстранить его от выборов (они намечены на 2028 год, но в стране не исключают, что кампания может быть досрочной).

Судебный процесс над бывшим мэром Стамбула продолжается до сих пор и остается одной из главных тем турецкой политики.

Вторая проблема — экономика. Турция по-прежнему тяжело восстанавливается после разрушительного землетрясения 2023 года и одновременно борется с высокой инфляцией. За последний год в стране заметно выросли цены на транспорт, услуги, гостиницы и рестораны. Глава Центрального банка Турции заявил, что к концу года инфляция может составить около 26% (в сравнении с нами: по состоянию на весну 2026 года, инфляция в Казахстане составляет около 10,6-11,0% в годовом выражении — прим. Авт). 

Дополнительным ударом для экономики стали последствия мощного землетрясения, в результате которого погибли около 50 тысяч человек. Одним из городов, который сильнее всего пострадал после землетрясения, стал Нурдагы. Там были разрушены целые кварталы, тысячи людей погибли, а сам город после трагедии предлагали полностью снести и построить заново.

Казахстан решил поддержать Турцию не только словами. В Нурдагы построили новую школу — в подарок от Казахстана и лично от президента Токаева.

Но при всех внутренних проблемах влияние Турции в мире только растет. Еще несколько лет назад многие западные СМИ называли Эрдогана почти «международным изгоем». Теперь Анкара пытается одновременно разговаривать и с Россией, и с Украиной, и с НАТО, и со странами Ближнего Востока.

Президент Касым-Жомарт Токаев в одном из своих тезисов отметил, что казахи и турки «ментально схожи». Это почувствовалось после официальной части, когда делегации начали общаться более свободно. Турки — эмоциональные и суетливые. Казахстанская делегация выглядела спокойнее и сдержаннее. От турецкой стороны в воздухе чувствовался Dior Sauvage, от казахской — Creed Aventus.

По-настоящему атмосфера оживилась, когда разговор неожиданно зашел о футболе. После подписания документов члены делегаций уже не говорили о нефти, инвестициях или мировом кризисе — политики обсуждали футбол.

«“Галатасарай” — номер один. Но и “Кайрат” тоже молодцы. Мы болели за вас, когда вам выпала возможность сыграть против “Реала”», — услышала я разговор между членами делегаций.

На этом визит не заканчивается. 15 мая в Туркестане пройдет неформальный саммит лидеров Организации тюркских государств. Главными темами встречи станут искусственный интеллект, цифровое развитие и технологическое будущее тюркского мира.