Новогоднее интервью Президента Касым-Жомарта Токаева уже стало традицией, но в этот раз оно звучит как разговор о будущем страны, а не просто подведение итогов уходящего года. Подробнее об интервью поговорили с эстонским политологом Леонидом Карабешкиным.
В формате открытого диалога Токаев последовательно расставляет акценты: что уже сделано, что требует усилий, и какие решения станут определяющими для Казахстана в 2026-м.
Интервью охватывает практически весь спектр тем: от реформ государственного управления и модернизации экономики до внутренней стабильности, социальной политики, налоговых изменений, регионального развития и роли Казахстана на международной арене. При этом в его речи нет стремления громко заявить об успехах, наоборот, звучит желание спокойно объяснить, куда движется страна и какие принципы лежат в основе этого курса.
Особое внимание Президент уделяет ответственности государства перед гражданами, укреплению институтов, развитию бизнеса, социальной справедливости и равенству возможностей. Важный акцент – Казахстан остаётся рациональным, взвешенным и предсказуемым партнёром на внешней арене, усиливая свою роль как одного из ключевых центров стабильности в регионе.
Фактически это интервью можно воспринимать как план-карту движения страны в новом году с пониманием рисков, горизонтом задач и чётким ощущением, что модернизация Казахстана рассматривается не как политический проект, а как национальная долгосрочная стратегия.
Об этих акцентах и политическом стиле интервью мы поговорили с эстонским политологом Леонидом Карабешкиным, который дал свою оценку ключевым идеям и сигналам, прозвучавшим в обращении Президента.
– Леонид, интервью Президента Токаева отличается спокойной и рациональной подачей, без популизма и резкой риторики. Как вы оцениваете такой стиль общения лидера государства с обществом?
– Можно сказать, что стилистика Токаева – технократическая, обращённая к рациональному, а не эмоционально-клиповому восприятию. Хотя интервью выходит в новогодний период, в нём нет головокружения от успехов и достижений. Напротив, мы видим критический взгляд на существующие проблемы. Но при этом просматриваются перспективы решения этих проблем, внутренней и внешней аудитории посылается отчётливый сигнал, что власть знает о них и уверена в своей способности их решать на системной основе.
Такой стиль отличается от привычной эмоциональной политики, с которой мы часто сталкиваемся в современном мире. И в этом смысле Токаев демонстрирует модель рационального, сдержанного государства, где решения принимаются не под воздействием конъюнктуры или общественного давления, а исходя из долгосрочной логики.
– Токаев подчёркивает, что модернизация Казахстана – это длительный и поэтапный процесс. Можно ли говорить, что он формирует модель системных, а не ситуативных реформ?
– Как представляется, взгляд Токаева обращён в будущее, далеко за пределы текущей политической конъюнктуры и собственной карьеры на посту Президента. В этом смысле он визионер. На первые годы президентства Токаева пришлись непростые события в политической жизни страны, усугубляющиеся проблемы в инфраструктуре и накопленные дисбалансы в экономике. В известной степени, к этому моменту их удалось купировать, а ситуацию в стране стабилизировать.
Однако обеспечение долгосрочной устойчивости государства в условиях общемировой турбулентности требует выстраивания эффективной, работающей институциональной системы, соответствующей не только современной структуре общественных отношений, но и масштабным задачам экономической модернизации.
Другими словами, реформы не «привязаны» к личности, они встроены в государственную стратегию. И это чрезвычайно важный момент.
– В интервью значительное внимание уделено роли бизнеса в развитии страны, не только экономической, но и социальной. Как вы оцениваете позицию Президента о том, что бизнес должен проявлять не только коммерческую активность, но и гражданскую ответственность?
– Президент Токаев посылает ясный сигнал предпринимательскому сообществу о готовности государства и в дальнейшем обеспечивать гарантии собственности и привлекательную среду для ведения бизнеса. Примечательными выглядят слова о важной роли национальной буржуазии в развитии национальной экономики – крайне редко в выступлениях политиков высокого уровня, обращённых к широкой общественности, можно встретить такие откровенные слова. В этом смысле интервью Токаева лишено популизма.
Одновременно казахстанский лидер призывает бизнес больше рассчитывать на себя и меньше на государство. А также указывает на необходимость повышения социальной ответственности бизнеса в форме благотворительности. Это, среди прочего, будет способствовать росту позитивного отношения к бизнесу широких слоёв населения.
Фактически речь идёт о формировании современной модели партнёрства государства и предпринимательского класса, где бизнес не просто зарабатывает, но и участвует в развитии общества.
– Особое внимание Президент уделяет социальной политике и равенству возможностей. Можно ли говорить о постепенном переходе к модели государства-партнёра для граждан?
– Можно сказать, что сквозной линией интервью проходят интересы человека труда. Токаев прямо говорит о необходимости сфокусировать государственные меры социальной поддержки непосредственно на нуждающихся слоях, а не распылять их безадресно. Рано или поздно это становится непосильной ношей для государства. Схожие процессы наблюдаются сейчас во многих странах мира, в том числе европейских.
Одним из способов более справедливого перераспределения национального дохода традиционно выступает налоговая система, которая в этом году в Казахстане претерпевает значимые изменения. С одной стороны, более обеспеченные граждане начинают вносить более весомый вклад в общественные фонды. С другой, как отмечает и Токаев, общество вправе предъявлять и более высокие требования к государственному аппарату.
При этом стоит отметить, что в большинстве развитых стран, в частности Эстонии, налоги значительно выше. Поэтому движение Казахстана в сторону адресной социальной поддержки и большей ответственности государства выглядит вполне логичным и современным.
– Президент подчёркивает, что Казахстан не стремится играть агрессивную роль на международной арене, предпочитая прагматичную, взвешенную дипломатию. Как вы оцениваете такую внешнеполитическую линию?
– Многовекторность, стратегия балансирования как основа внешней политики Казахстана, на мой взгляд, прошла испытание временем и продолжает демонстрировать свою эффективность. Она обусловлена географическим и геополитическим местом Казахстана в мире, служит задачам становления государственности, развития диверсифицированных экономических связей, а также купирования внешних угроз.
Последнее немаловажно, так как позволяет направлять больше ресурсов на социально-экономическое развитие, а не наращивание военного потенциала. Кроме того, такой внешнеполитический курс позволяет извлекать как нематериальные престижные выгоды, так и вполне осязаемые. В частности, Президент Токаев говорит о значительном транзитном потенциале Казахстана в рамках проектов, реализуемых Китаем, Евросоюзом и Россией.
При этом стоит понимать, что на фоне растущей геополитической конкуренции в мире реализация сбалансированной внешнеполитической линии становится всё более нетривиальной. И тот факт, что Казахстан удерживает эту стратегию, заслуживает внимания и уважения.
– Если подводить общий итог: какой образ Казахстана формирует это интервью?
– Это образ государства, которое стремится быть рациональным, предсказуемым и ответственным. Где реформы строятся на институциональной основе. Где внешняя политика служит прежде всего национальным интересам. И где главный акцент делается на устойчивое развитие и человеческий капитал.
