Нужно ли говорить с ребенком о смерти? Мнение казахстанского психолога

Смерть, потеря близкого человека — это тяжелое испытание. Особенно сложно бывает рассказать о случившемся ребенку. Трагедия в алматинской «Назарбаев Интеллектуальной школе», где ученик 8-го класса покончил жизнь самоубийством, отразилась на всех казахстанцах. Нужно ли говорить детям о смерти, тем более о суициде и как, читайте в материале ИА «NewTimes.kz».

Нужно ли говорить с ребенком о смерти? Мнение казахстанского психолога
Фото: pixabay

О смерти говорить важно

Некоторые родители принимают решение скрыть от своих детей факт смерти, особенно суицида.

Казахстанский психолог, автор проекта по предотвращению суицидов среди подростков Teens Светлана Богатырева отмечает, что это в корне неверное поведение. Позиция современной психологии состоит в том, чтобы не скрывать от детей ничего.

«Начиная с 5-6 лет дети осознают, что они смертны. О смерти они узнают из сказок, мультфильмов, слышат в детском саду или в школе. Раньше если они слушали сказки, то не до конца осознавали их. Однако к этому возрасту им приходит мысль, что люди смертны. Этот возраст является самым чувствительным. Дети формируют внутренние страхи. Они думают о том, что могут умереть сами, что могут умереть родители и другие близкие им люди. Именно поэтому важно, как ребенок проживет это осознание, какую информацию и откуда он добудет», — заметила Светлана Богатырева.

По словам психолога, если родители молчат и не говорят на острые темы, ребенок начинает тревожиться и сам добывает информацию. Зачастую дети берут на веру ложные сведения, додумывают и искажают реальность.

«Замалчивание острых тем приводит к тому, что ребенок начинает думать, что с ним что-то не так, раз ему не доверяют. В голове у ребенка может выстроиться искаженная картина реальности. Чтобы такого не было, родителям важно разговаривать. Другой вопрос — как? Информацию следует давать дозировано, следуя уровню развития ребенка, уровню понимания и возрастным особенностям. Не нужно грузить его объемом информации. Ребенок может в определенном возрасте не справиться с ней», — заметила психолог.

Специалист отмечает, что скрывать сам факт смерти и прибегать к эвфемизмам не стоит, так как в будущем это может сильно отразиться на ребенке, нанести ему травму.

Читайте также: «Сейчас у родителей все направлено на успех»: Психологи говорят о нарастающем давлении на детей в семье

«Будет очень большой травмой для ребенка, если говорить, что умерший человек уехал или уснул. Когда он станет чуть старше или услышит от кого-то правду, может произойти глобальный подрыв доверия внутри: если мне не рассказали, значит, мне не доверяют, значит я недостоин» и так далее. Поэтому говорить о смерти нужно», — подчеркнула Богатырева.

Разговор о смерти каждая семья должна строить в зависимости от того, во что верит. Кто-то прибегает к рассказам о Боге или загробной жизни, есть семьи, которые объясняют процессы жизни с точки зрения науки.

Нельзя подавлять чувства и эмоции

Как лучше рассказывать о смерти, зависит от самого ребенка.

Психолог отметила, что бывают чувствительные дети, которые от каждой мелочи готовы заплакать, сильно переживают; бывают дети, которые кажутся непробиваемыми, но на самом деле они переживают все эмоции внутри.

«Важно понимать, что при разговоре ни вы, ни ребенок не должны избегать проявления чувств и эмоций. Чувства возникают сами по себе, не показывать их или избавиться от них мы не можем. Мы можем подавлять их, не признаваться в их существовании даже самим себе, но ничего хорошего из этого не получается. Подавленные чувства начинают лезть наружу, через здоровье, странные поступки и так далее. Они в нас живут. Поэтому чувства лучше всего выражать, принимать.

Если это горе, к примеру, ребенок был привязан к человеку, надо плакать. При этом рядом должен быть обязательно другой человек, который не будет затыкать. Очень часто мы совершаем ошибку, находясь рядом с человеком, которому плохо, мы начинаем его успокаивать, уходим в позитив. Но на самом деле это происходит от того, что мы не можем вынести своих собственных чувств, находясь рядом с горюющим человеком, нам от этого тяжело. В первую очередь таким образом мы успокаиваем себя. Нельзя сразу уходить в позитив, отрицая горе. Это лишнее. Необходимо реагировать с принятием и научить этому ребенка: «да, я вижу, что тебе тяжело», «я понимаю», «в этой ситуации твои чувства абсолютно нормальные», «да, тебе больно», «я понимаю, что ты любил» и прочее. Слезы должны вылиться», — заметила она.

Как говорить о суициде

Корреспондент NewTimes.kz связался с родителем школьника, который дружил с алматинским восьмиклассником, покончившим жизнь самоубийством.

Напомним, 27 октября ученик НИШ совершил суицид. Полиция завела уголовное дело по статье «Доведение до самоубийства».

Мать школьника, Анар Ондасынова (имя и фамилия изменены), который дружил с погибшим восьмиклассником, рассказала, что после трагедии сын пришел со школы и сказал: «Мама, папа, у меня умер друг. Он совершил суицид».

«К его приходу со школы мы знали о произошедшем. Мы очень внимательно выслушали его, расспросили. Сын подробно рассказал ситуацию в школе и сказал, что друг совершил суицид, потому что не справился с нагрузкой, постоянно испытывал давление со стороны учителей и родителей. Но самое главное, его не понимали взрослые», — рассказала женщина.

Анар вместе с супругом, понимая состояние ребенка и видя его слезы, не стали его переубеждать.

«Мы постарались объяснить ему простую вещь, что жизнь дана каждому из нас один раз. Плохие оценки, разлад с родителями и учителями не могут быть причиной уйти из жизни для человека, который имеет план на свою жизнь, который знает, к чему стремится. И самое главное, мы всегда стараемся объяснить сыну, что опыт имеет большое значение. Плохие или хорошие оценки, ссоры с друзьями или близкими — это тоже опыт. Все, что нужно сделать ребенку, просто рассказать об этом, поделиться с самым близким человеком, не бояться вытащить наружу все, что болит или причиняет боль. Всегда говорим ему, что опыт, даже если он не так успешен, как хотелось бы, тоже нужен для того, чтобы понять, как преодолеть трудности и в будущем не повторить этого», — подчеркнула она.

Прежде всего, по словам женщины, на первом месте стоит общение с близкими людьми, тепло, доверие и любовь. Именно поэтому семья решила поддержать ребенка. В один из дней они отправились на природу, гуляли и много разговаривали.

«Мы с супругом всегда говорим детям, что ценность жизни выше всех социальных успехов, выше оценок, удач и провалов. И показываем наше мнение, совершая совместно пешие прогулки в горы, иногда катаясь в парке на велосипеде, посещая бассейны, совершая лыжные прогулки. Обсуждаем книги, кино. Через собственные примеры прививаем любовь к жизни», — рассказала мать мальчика.

Психолог Светлана Богатырева отметила, что в информационном поле о суициде говорится и дети об этом слышат.

«Самому начинать такой разговор в виде лекции не стоит. Но если ребенок спрашивает или вы понимаете, что он об этом слышал, тогда в одном из разговоров, когда вы обсуждаете жизнь, следует спросить, знает ли он, что это такое. Если ребенок говорит, что слышал, тогда следует спросить, что он об этом думает и как он к этому относится. Наряду с этим следует самим рассказать о своем отношении к суициду», — советует специалист.

Некоторые родители боятся говорить о суициде, считая, что, затрагивая такие темы, ребенку может стать интересно, он пойдет об этом узнавать и в итоге сделает это сам. Но на самом деле «эта связка так не работает», считает психолог.

«Все в точности наоборот. Когда мы замалчиваем, тогда-то и пробуждаем в ребенке интерес. Он начинает строить неправильные выводы, додумывать. Разговоры — это повод прояснить понятие и сказать собственное мнение, к примеру, «ты знаешь, суицид — это очень страшно, это когда человек лишает себя жизни. Для него все заканчивается. Это очень печально. Всем окружающим становится очень больно». Дети иногда думают только о себе, они эгоцентричны и даже не думают, что могут причинить боль», — отметила она.

Есть дети, которые, наоборот, прибегают к суициду, чтобы наказать окружающих, сделать им плохо. Здесь, по словам Богатыревой, стоит отметить, что, для того, кто решается на суицид, все безвозвратно.

Подойти к объяснению о том, что такое суицид, стоит в общих чертах, а уже после следует уходить в те ответвления, которые могут быть ребенку интересны, так как он может задавать вопросы.

«Если ребенка тема действительно волнует, то он будет задавать вопросы. Будут обсуждения. Ребенок будет высказывать свое мнение. Очень важно не говорить, что он думает неправильно, или не настаивать на своем мнении. Нужно выслушать, понять, откуда у него такие рассуждения. Показать, что вы на его стороне, что вы его очень любите и вам интересно, что он говорит, что он думает. Если затыкать, то он может взорваться, попытаться найти выход эмоциям и чувствам в другом месте», — отмечает она.

Особенно важно разговаривать, когда в окружении ребенка кто-то лишил себя жизни, так как эта ситуация не может пройти неосознанно или незамеченно.

«Это всегда трогает наш внутренний мир, поэтому ситуацию необходимо с ребенком проговорить, чтобы она не осталась внутри грузом. Следует задать вопросы: «как ты относишься к этой новости?», «тебе жалко?», «тебе горько?», «больно?», «тебе обидно за него?», «тебе страшно?», «ты злишься?». Стоит понимать, что эти чувства возникают и их, опять же, не надо прятать», — считает Светлана Богатырева.

Детям из НИШ нужна поддержка

Считается, что в среднем острое горе длится в течение года. Если больше этого периода или если реакция ребенка зашкаливает, эмоций не становится меньше, они не идут на спад, не идут в осмысление, а, наоборот, сносят человека, тогда уже нужна помощь специалиста.

«При этом им нужна поддержка не в том, чтобы их успокоить или сказать, что жизнь продолжается, а поддержка в проживании эмоций, диалог. Их акция — выход в юбках — это как раз был способ проживания горя. Школьникам было необходимо выразить чувства, но никто их особо не слушал. Когда взрослые не хотят обсуждать проблемы, энергия детей может вырваться в акционные действия. Детям нужен разговор — не коррекция и не убеждение в позитиве. Через осмысление эмоционального опыта происходит внутреннее принятие. В переживании эмоций нужна помощь и сопровождение», — подчеркнула Светлана Богатырева.

В заключение специалист сказала, что тема смерти — это часть жизни, поэтому нельзя ее игнорировать.

«Не бывает одного без другого. Есть культуры, в которых это понимают, признают. Вспомните мультфильм «Тайна Коко». Там поднята тема смерти, которая сплетена с ценностью предков, их опыта, наследия. Через эту тему смерть раскрывается. Для таких культур говорить о смерти нормально. Они понимают, что это что-то неизбежное, что рано или поздно смерть случается. В таких культурах меньше депрессий, меньше нервных срывов. Там части реальности не отторгаются. Они не складываются на полку как нечто ужасное, о чем нельзя зря вспоминать. Мы должны понимать, что, конечно, не нужно навязывать тему смерти, но и отрицать ее или бояться не стоит», — сказала она.

К слову, Казахстан в последние 10 лет занимает одно из ведущих мест по показателям подросткового суицида. Больше всего он отмечен в Туркестанской области. Об этом можно прочитать здесь.

Жулдыз Жапарова

Loading...

3 декабря, пятница