воскресенье, 5 февраля, 2023
icon
458.69
icon
501.3
icon
6.52
Алматы:
icon
3oC
Астана:
icon
-11oC
Подпишитесь на нас:
Общество Роза Нургалиева
19 декабря, 2021, 05:08

Секс-работница из ВКО: «Не знаю ни одной девочки, которая ушла бы окончательно»

Как устроен рынок коммерческого секса в Усть-Каменогорске и почему нет смысла делать вид, что его не существует? Для чего сотрудники пункта доверия при СПИД-центре объезжают точки, на которых стоят «девочки»? Что приводит женщин на трассу и можно ли уйти из сферы интимных услуг? Корреспондент YK-news.kz попытался разобраться в теме под грифом «табу».

Секс-работница из ВКО: «Не знаю ни одной девочки, которая ушла бы окончательно»

Фото: ИА «New Times.kz»

Многоточие у трассы

Девятого декабря в Усть-Каменогорске впервые за долгое время ударили крепкие морозы. Но, несмотря на погодные условия, психолог пункта доверия при ВК областном центре по профилактике и борьбе со СПИД Динара Салимбаева собирается на очередной выезд.

Раз в две недели, по четвергам, сотрудники пункта посещают точки, где стоят работницы коммерческого секса, или сокращенно РС.

Читайфте также: Секс-притон ликвидировали в Жанаозене

Эта работа проводится в рамках профилактики распространения ВИЧ и других заболеваний, передающихся половым путем.

«Девочки», зарабатывающие на жизнь оказанием интимных услуг, знают, в какой час приезжает машина центра, и обычно заранее ожидают ее на своих привычных рабочих местах.

«Они встречают нас, рассказывают, у кого какие новости. Берут у нас бесплатные презервативы и лубриканты. Мы консультируем их, рассказываем, как избежать ЗППП (заболевания, передающиеся половым путем), что делать, если контрацептив порвался, тестируем на ВИЧ-инфекцию и приглашаем в дружественный кабинет при СПИД-центре.

Есть, конечно, закрытые девочки, которые на контакт не идут. Возьмут, что им было необходимо, и сразу отходят. Но в целом у нас с ними общение налажено», — рассказывает Динара Салимбаева.

Однако в этот раз, видимо, испугавшись холодов, работницы коммерческого секса на трассе не появляются. Точки пустуют.

«Просто день такой. Когда погода хорошая, бывает и по 15 девочек за один выезд охватываем», — говорит Динара Салимбаева.

Психолог показывает, где обычно собираются представительницы сообщества РС. Вот небольшая площадка, укрытая от посторонних глаз деревьями. А вот более приметное место, прямо на обочине трассы.

Читайте также: 15 проституток поставили на учет в Алматинской области

На одной из точек даже стоит присыпанный снегом диванчик. Его не выбросили, а поставили здесь специально. На этом диванчике «девочки» коротают время в ожидании клиентов.

«Их истории похожи между собой. Все они идут сюда за деньгами», — рассказывает между тем психолог.

Она объясняет: работницы коммерческого секса делятся между собой по условному признаку элитности. Те, что стоят на трассах — «девочки» самого низшего ранга.

Многие из них злоупотребляют алкоголем или сидят на наркотиках, а работают при этом не за наличные деньги, а за дозу. Но есть на дороге и такие, которые не имеют пагубных привычек, следят за здоровьем, пользуются контрацептивами и довольно переборчивы в клиентах.

Как правило, эти «девочки» ведут двойную жизнь и скрывают от знакомых источник своего заработка.

«Была одна такая РС. Она днем работала на точке, а ночью подрабатывала на производстве. Зарабатывала таким образом, чтобы поднять двоих детей. Судьба у нее была трагическая. Она попала в автомобильную аварию и разбилась», — вспоминает Динара.

А еще на обочине встречаются приезжие девушки из деревень, которые не смогли найти свое место в большом городе. Или те, кто столкнулся с серьезными жизненными трудностями.

Заинтересованные люди ведут за такими девушками охоту, а когда находят подходящих кандидаток, предлагают им высокооплачиваемую работу в сфере коммерческого секса, выдавая ее за решение всех проблем.

Читайте также: От 7 до 16 лет: Как накажут торговцев телами казахстанок в Бахрейне

Следующие по рангу — «девочки», которые принимают клиентов на квартирах. Среди них есть и элитные РС, которые обслуживают исключительно состоятельных и влиятельных клиентов.

Во время объезда точек психолог говорит, что этот бизнес затягивает. Лишь единицы покидают сферу интимных услуг навсегда.

«Из этого очень сложно выбраться. Они часто говорят, что завяжут, уходят на какое-то время, их не видно. Но потом приезжаешь — опять стоят.

Помню, была одна девочка, которая забеременела и продолжала работать. Она каждый раз, когда мы приезжали, говорила, что последний раз вышла на трассу, но в итоге принимала клиентов до самых родов», — говорит Динара Салимбаева.

«Не знаю ни одной, кто завязал»

Радмила (имя героини изменено по ее просьбе — прим. ред.) — красивая молодая женщина с длинными волосами. Она выглядит очень ухоженно, а разговаривает дружелюбно. В сфере коммерческого секса работает уже десять лет.

С первым своим клиентом Радмила начала встречаться в 15 лет — некоторое время спала с ним за деньги, а потом их пути разошлись. Дальше работала с перерывами, а после наступления совершеннолетия вышла на трассу.

«В 18 лет я родила. И ориентировочно с 18 до 19 лет выходила работать на дорогу. Там собрала небольшую сумму на аренду жилья в общежитии. Оттуда уже пошла работать на контору», — вспоминает Рада.

Конторы, сайты и салоны — это способы поиска клиентов для РС, которые не выходят на трассу.

Сейчас Радмила работает индивидуально и принимает только постоянных клиентов. С новыми мужчинами встречается очень редко и только после того, как они проходят специальную проверку.

«Работаю в основном по сайту. Многие девочки идут на трассу, потому что не знают, как попасть в контору или салон. Это закрытая информация. Я тоже не знала, поэтому вышла на дорогу.

Сейчас такой проблемы, как поиск клиентов, у меня уже не стоит. Клиенты сами стараются стать «постоянщиками», — объясняет собеседница.

А «элитность» секс-работницы, по словам Рады, определяется не местом, где «девушка» работает, а ее внешностью, опытом, качеством апартаментов, в которых она принимает клиентов, и их оснащенностью.

При этом женщина отмечает: вне зависимости от стоимости услуг РС и состоятельности ее клиентов, риск заражения какими-либо инфекциями сохраняется всегда.

И это при условии, что секс-работница использует средства защиты. Что говорить о «девочках», которые полностью пренебрегают контрацептивами.

«Были даже такие девушки на моем опыте, которые не знали о контрацептивах. Это были новенькие девочки, которые брали очень мало за свои услуги и ни с кем из клиентов не предохранялись», — говорит Рада.

Женщина добавляет, что при работе в саунах, конторах или в салонах риски выше, чем при индивидуальной работе, так как «девочки» не выбирают клиентов и им регулярно приходится встречаться с пьяными мужчинами, которые настаивают на незащищенном половом акте или без предупреждения снимают презервативы.

«И я не знаю ни одной девочки, которая ушла из сферы окончательно. Знаю тех, кто надолго уходил — и возвращался — то кредиты, то еще что-то. Я тоже уходила на год или полтора, переезжала в другой город и работала на обычной работе. И у меня не было желания возвращаться, но так сложились обстоятельства», — рассказывает Радмила.

Сейчас она не строит каких-то конкретных планов на будущее и род деятельности менять не планирует.

«Семья — точно нет. Возможно, какой-то партнер будет— Бизнес? Было бы хорошо. Но я не думаю, что в ближайшие пять лет завяжу с работой», — рассуждает Рада.

Не вижу — значит, нет?

Помимо пункта доверия при СПИД-центре, работает еще и дружественный кабинет для ключевых групп населения, к которым в том числе относятся работницы коммерческого секса.

Здесь РС могут пройти осмотр у гинеколога и венеролога, сдать анализы и в случае выявления каких-либо инфекций получить лекарственные препараты. Все это — на бюджетной основе.

«Дружественный кабинет работает ежедневно, кроме выходных дней. Мы соблюдаем конфиденциальность. Вся информация о наших пациентах остается в этом кабинете», — рассказывает врач-гинеколог и дерматовенеролог.

Врач и медсестра дружественного кабинета просят не называть их имена, но соглашаются поговорить с корреспондентом на условиях анонимности.

Они объясняют: вся эта работа проводится для того, чтобы остановить цепочку распространения заболеваний, передающихся половым путем.

«Заболевания у работниц коммерческого секса мы выявляем часто. По большей части они трихомонадной этиологии. Еще уреаплазменные инфекции. Заболевания гонорейной этиологии единичны — до четырех случаев в год. ВИЧ-инфекции в этом году среди девочек РС мы не выявляли.

В прошлом году в этой категории выявили двух с ВИЧ», — рассказывает гинеколог кабинета.

В дружественный кабинет РС попадают разными путями. Чаще всего они узнают о нем благодаря сарафанному радио и от мобильной группы пункта доверия.

А еще от аутрич-работников и волонтеров, которые сами будучи из этой сферы, помогают СПИД-центру вести профилактическую работу.

«В день кабинет принимает около 10 девочек. А в месяц к нам обращаются около трех новых РС», — говорит врач.

Медсестра добавляет: большинство посетительниц кабинета — это «девочки», которые стоят на трассе. Но несколько лет назад СПИД-цент­ру удалось наладить работу с секс-работницами, которые принимают на квартирах. Обращаются сюда и элитные индивидуалки, но их единицы.

«Работа основана на доверии. Они приходят, потому что мы им объясняем все. Рассказываем, что будет, если не лечиться.

Первая реакция у них — это страх и отторжение. Они говорят: вы все расскажете «ментам». Боятся полиции. Но уже тет-а-тет мы их успокаиваем, говорим, что никакой полиции тут нет и мы с ними работаем для того, чтобы инфекции не распространялись», — объясняет медсестра кабинета.

Рынок коммерческого секса работает по простому и понятному принципу — где есть спрос, там есть и предложение.

Читайте также: «Люди на продажу»: Как казахстанки попадают в сексуальное рабство, рассказал криминалист

Поэтому делать вид, что любовь за деньги бывает только в фильмах и чьих-то байках, бессмысленно. Гораздо эффективнее держать ситуацию под контролем и пытаться не допускать распространения ЗППП.

По словам медсестры, часто клиенты целенаправленно просят жриц любви отказаться от использования средств защиты во время полового акта, предлагая хорошо доплатить за эту «опцию».

«Одни РС на такие предложения соглашаются, а другие понимают все риски и отказываются, решая для себя, что здоровье дороже. Есть действительно очень сознательные девочки, регулярно приходят к нам, обследуются и лечатся, стараются не допускать незащищенных контактов», — подтверждает врач.

А если учесть, что в среднем у одной секс-работницы в день бывает по 8-10 клиентов, нетрудно предположить, что ЗППП могут легко пойти «в народ».

Красиво жить не запретишь

«Эти девочки не хотят работать, но хотят жить красиво», — отвечает медсестра на вопрос о том, что приводит женщин в сферу интимных услуг.

Секс-работницы нередко начинают торговать телом из-за безысходности, но когда их финансовое положение выправляется, они уже не хотят уходить.

«С годами складывается определенный менталитет. Они получают живые деньги и при этом им не надо работать с утра до вечера», — говорит медик.

По словам сотрудниц дружественного кабинета, они не единожды предлагали «девочкам» РС официальную работу в СПИД-центре.

«Предлагаешь им пойти к нам на ставку волонтера, они отвечают: «Зачем мне ваши копейки? Я за час столько могу заработать. А за месяц — вам и не снилось», — вспоминает медсестра.

И такая реакция имела место даже тогда, когда работницы коммерческого секса постоянно сталкивались с жестокостью в свой адрес.

Раньше выходя на трассу, отправляясь в сауну, на квартиру и на вечеринки, «девочки» рисковали не только здоровьем, но и жизнью в самом прямом смысле слова.

«Года четыре назад еще было очень жестоко, часто происходили разные страшные случаи. Их находили изнасилованными и убитыми в оврагах, задушенными их же колготами.

Помню, одну РС нашли мертвую и раздетую в лесу. Это была осень, на ней было одно пальто. Она перед этим танцевала на закрытой вечеринке. Но девочки РС между собой очень дружны, они сами собрали деньги и похоронили ее», — рассказывает медсестра.

Сотрудницы кабинета рассказывают еще одну историю о секс-работнице, которая отправилась к клиентам, а попала в крестьянское хозяйство.

«Ее там заставляли работать, били. Она теряла память. Потом сестра ее как-то нашла и вытащила оттуда. Но девочка закончила трагически, она стала сильно выпивать и замерзла на улице», — продолжает медсестра.

Сейчас такие случаи сошли на нет, и «девочки», по словам врачей, стали чувствовать себя свободнее.

«Они еще по областям перемещаются. Если наши РС спросом здесь уже не пользуются, они едут в Павлодар, а девочки из Павлодара едут к нам. Такой бизнес поставленный получается», — добавляет медсестра.

Вспоминают сотрудницы дружественного кабинета и несколько позитивных случаев, которые им довелось наблюдать за время работы.

«Была одна девушка из детского дома, первого ребенка она родила от мужчины, который вскоре умер. Ребенка у нее забрали.

Она продолжала работать в сфере интимных услуг, пока не встретила дальнобойщика из России. Он сначала ходил к ней как клиент, а потом забрал ее с собой. Они поженились, родили ребенка, сейчас счастливо живут.

Одна тоже родила двойняшек и остановилась, перестала работать, стала примерной мамочкой», — вспоминает собеседница.

В статье:
Что думаете об этом?
Подпишитесь на нас:


Эксклюзив
Интервью и мнения