Экс-глава Relog объяснил, откуда возник спор вокруг 2 млрд тенге

После публичных заявлений компании о предполагаемом выводе интеллектуальной собственности, переходе клиентов и ущербе более чем на два миллиарда тенге бывший руководитель представил собственную версию событий. По его словам, многие громкие заявления не совпадают с тем, что сегодня рассматривают суды.

«Два миллиарда» и суммы в судебных документах

Одним из главных аргументов Лекера стали расхождения между публичной риторикой и материалами судебных разбирательств.

По его словам, в гражданском иске, который Relog подала против него, фигурируют требования на 15,93 млн тенге и шесть тысяч долларов, пишут журналисты Orda.kz. При этом экспертное заключение, подготовленное по заказу самой компании, оценивает недополученный доход примерно в 8,6 млн тенге, а часть заявленных требований подтверждается значительно меньшими суммами.

Именно поэтому бывший руководитель задается вопросом, каким образом в публичном пространстве появилась оценка ущерба в размере более двух миллиардов тенге.

В самой Relog объясняют, что речь идет о разных показателях: сумма гражданского иска и общая оценка предполагаемых потерь бизнеса, по мнению компании, не являются одним и тем же, пишет Forbes.kz.

Кому принадлежат права на Census

Еще одним ключевым предметом спора стала аналитическая система Census.

Лекер утверждает, что Relog никогда не владела исключительными правами на этот продукт. По его словам, первую версию программы разработчик Алмаз Кисапов создал еще до начала работы в компании, а права зарегистрированы именно на его имя.

Кроме того, бывший руководитель обращает внимание, что, как утверждает он, сама компания ранее сообщила суду об отсутствии документов, подтверждающих передачу исключительных прав на программу.

По словам Алмаза Кисапова, проект Census был создан еще до его прихода в Relog. В подтверждение своих слов он ссылается на файлы с датами, начиная с 2019 года, а также на договор с первым клиентом. Позже, утверждает он, Бауыржан Рустемов пригласил его в компанию на должность картографа-аналитика, где после демонстрации продукта стороны договорились о его коммерциализации: компания должна была заниматься продажами, технической поддержкой и сопровождением, а доходы распределялись в пропорции 90% на 10%.

«Мне сейчас говорят, что идея и сам продукт принадлежат компании. Но никто не передавал мне техническое задание на разработку всей системы Census и не ставил задачу создать ее с нуля. Идея, архитектура и реализация – полностью мои. После ухода из Relog я разработал новую, значительно улучшенную версию продукта. Сейчас ко мне есть две основные претензии: что Census якобы принадлежит не мне и что клиенты были переведены на другое ТОО без их ведома. На самом деле клиенты сами связались с нами, когда узнали о моем уходе из компании. Мы показали им новую версию продукта, после чего они самостоятельно приняли решение перейти на нее», – прокомментировал нам аналитик.

Кисапов также отметил, что на сегодняшний день основной конфликт, по его мнению, развивается между бывшим исполняющим обязанности генерального директора Relog Мухтаром Лекером и основателем компании Бауыржаном Рустемовым, тогда как вопросы, связанные с ним, являются лишь частью этого спора.

Позиция же Relog заключается в том, что продукт создавался для нужд компании и спор о принадлежности прав пока нельзя считать завершенным. В компании также отмечают, что суд пока не вынес окончательного решения по существу этого вопроса.

Почему часть клиентов перешла в новую компанию

Лекер не скрывает, что после создания ТОО Census часть клиентов действительно начала работать с новой компанией.

Однако он утверждает, что заказчики самостоятельно приняли такое решение, а основные договоры с Relog на использование логистической платформы продолжили действовать. По его версии, изменения коснулись только программного продукта Census, права на который, как считает бывший руководитель, принадлежат разработчику.

Relog, в свою очередь, считает, что переход клиентов произошел в результате недобросовестных действий бывшего руководства компании и является одним из предметов судебного разбирательства.

Еще один предмет спора – исходный код

Отдельные претензии касаются возможного копирования исходного кода основной TMS-системы Relog.

Лекер отвергает эти обвинения и заявляет, что продукт, разработанный после его ухода из компании, был создан с нуля. По его словам, авторские права зарегистрированы в установленном порядке, а разработчики готовы предоставить исходный код независимым экспертам для сравнения. При этом он обращает внимание, что подобные обвинения, по его словам, пока отсутствуют в гражданских исках и звучат преимущественно в публичных заявлениях.

По словам Лекера, его сторона предложила передать исходный код на независимую судебную экспертизу и публично сравнить его результаты.

Конфликт начался задолго до судебных процессов

Бывший руководитель также рассказал о причинах своего ухода из Relog.

По его словам, заявление об увольнении он подал еще летом 2025 года, однако по просьбе основателя компании продолжил работу до конца года. Среди причин ухода Лекер называет невыполненные договоренности о предоставлении опциона в компании, а также разногласия по вопросам управления.

Кроме того, он утверждает, что впоследствии обращался к руководству, совету директоров и инвесторам с просьбой обратить внимание на вопросы корпоративного управления, соблюдения трудового законодательства и финансовой дисциплины.

Точку поставит суд

Сейчас между сторонами продолжаются сразу несколько судебных разбирательств. Relog продолжает настаивать на своей версии событий и заявляет о наличии доказательств неправомерных действий бывших сотрудников. Лекер, напротив, считает, что многие публичные обвинения пока не нашли отражения в судебных материалах. Он подчеркивает, что готов подтверждать свою позицию документами и независимой технической экспертизой.

Окончательную оценку доводам обеих сторон предстоит дать суду. Пока же конфликт вокруг одной из известных казахстанских IT-компаний остается предметом сразу нескольких гражданских и уголовных разбирательств, а публичные заявления участников продолжают заметно опережать судебные решения.