Взрывы, отток населения и закрытие шахт: Что пережил горняцкий городок Шахтинск

Серые дома, невзрачные улицы и бледное небо, на фоне которого виднеются черные коперы. Таков пейзаж зимнего Шахтинска, пожалуй, самого шахтерского из всех городов Карагандинской области. Возле него расположены четыре действующие шахты, и больше нет нигде. Чем живет горняцкий городок с 60-летней историей, узнала собственный корреспондент ИА «NewTimes.kz» Валентина Агапова.

Взрывы, отток населения и закрытие шахт: Что пережил горняцкий городок Шахтинск
Фото: Валентина Агапова

Из Тентека — в Шахтинск

«Шахтинск — любимый город!» — надпись, которая светится ночью, украшает типовую девятиэтажку, расположенную на въезде в горняцкий городок. Он мало чем отличается от своих собратьев, построенных в советское время. Всюду панельные и кирпичные «хрущевки», типовые больницы, школы, детские сады и дом культуры.

Статус города Шахтинск получил в 1961 году, а раньше это был маленький рабочий поселок под названием Тентек. Он появился благодаря освоению Тентекского месторождения высококачественного коксующегося угля, необходимого Карагандинскому металлургическому комбинату.

«Мы с родителями приехали в поселок Тентек в 1959 году, — вспоминает почетный работник угольной промышленности Борис Жуков, — потому что отца перевели работать из Кировской шахты (в Караганде — прим.) на новую шахту №1 «Тентекская-Наклонная». Помню, мы приехали зимой, были сильные бураны. В школу ходили группами в сопровождении взрослых».

Работать в шахту Борис Жуков пошел в 17 лет. Его взяли учеником монтера связи. А когда парню исполнилось 18, позволили спуститься в шахту, и он стал подземным монтером связи. После армии Борис Павлович окончил горный техникум и стал дипломированным специалистом. Они в те годы на шахтах были очень востребованы.

«До техникума я работал такелажником, потом подземным горнорабочим и горнорабочим очистного забоя, — перечисляет должности почтенный шахтер. — А потом, во время учебы, стал горным мастером на добычном участке, потому что тогда их не хватало. Со временем я дорос до замначальника участка. За свою жизнь я проработал всего на двух предприятиях: 15 лет на шахте Ленина и 21 год — на Тентекской. Оттуда и ушел на пенсию».

Читайте также: «Ничего не меняется»: Родные погибших на шахте «Абайская» 13 лет назад о новой трагедии

Борис Павлович вспоминает годы своей молодости с теплотой. Говорит, тогда существовало такое понятие, как «шахтерское братство». Горняки вместе работали, дружили семьями, растили детей и помогали своему Шахтинску развиваться.

«Знаете, в советское время у людей было какое-то теплое, дружеское отношение друг к другу, — делится своим мнением почетный гражданин Шахтинска. — Каждый шахтер чувствовал плечо товарища. Мы работали рука об руку, национальность для нас не имела значения. У меня в бригаде были два немца, два литовца, кореец, украинец и молдаванин. Мы дружили семьями. А сейчас, к сожалению, люди разобщены, каждый сам за себя».

Отток населения и взрывы

Шахтинск застраивался. Частные дома и двухэтажные бараки оставались в старой части города, а в новой росли многоэтажки. Их возводили быстро — в городе был собственный домостроительный комбинат. Квартиры выдавали и семьям шахтеров, и учителям, и медикам, и представителям рабочих профессий. Население Шахтинска росло, достигнув в 1970-е годы 57 тыс человек. Сюда ехала молодежь со всех уголков Советской страны.

В 1976 году в Шахтинск приехала и выпускница Карагандинского «политеха» Амина Сатова. Дочь горняка из поселка Актас устроилась на работу в местную администрацию, где доросла до должности главного архитектора города. Амина Кусаиновна помнит то время, когда дома росли как грибы после дождя. В городе был генеральный план, рассчитанный до 1995 года. Но из-за развала СССР осуществить его полностью не удалось.

«В 1990-е годы встали шахты, и пошел отток населения из Шахтинска, — рассказывает председатель городского совета ветеранов Амина Сатова. — Люди бросали свои квартиры, перебирались в Караганду и уезжали на ПМЖ в Россию, в Германию, в Израиль. В городе, где до этого проживало почти 60 тыс человек, осталось около 36 тыс. Получается, почти половина жителей уехала».

Брошенными остались целые микрорайоны. Десятки многоэтажных домов стояли пустыми, без окон и дверей. Местные жители, потерявшие работу, стали промышлять вандализмом. Они проникали в пустующие дома и разбирали их на стройматериалы, в ход шло все, что можно было продать, — кирпичи, блоки и железная арматура, которую вытаскивали из панелей.

«Дошло до того, что брошенные дома стали разваливаться и под завалами погибали люди, — продолжает Амина Кусаиновна. — Я помню, первый несчастный случай произошел с 15-летим подростком. Парня завалило, когда он разбирал на кирпичи двухэтажное здание бытового комбината. В панельных домах тоже случалось подобное. Ведь у них специфика такая: если вытащить одну деталь, то здание сложится как карточный домик».

Читайте также: 30 лет без взрывов: Как сегодня живут в Курчатове возле Семипалатинского полигона

После нескольких трагедий власти Шахтинска приняли решение снести все пустующие многоэтажки. Акимат добился финансирования из республиканского бюджета, и в городе начали взрывать панельные дома. Так с лица горняцкого городка стерли более 100 многоэтажек. Да, возможно, сносить здания взрывом было  небезопасно, но другого варианта у местных властей не оказалось. В условиях дефицита бюджетных денег он оказался самым дешевым и быстрым.

Осталось четыре шахты

Печальная участь постигла и угольные предприятия. В советское время возле Шахтинска располагалось 11 шахт. В 1995 году их приватизировала иностранная компания «Испат-Кармет», которая сейчас называется «АрселорМиттал Темиртау». Инвестор закрыл семь из них, которые посчитал самыми бесперспективными. В результате осталось всего четыре действующие шахты: «Казахстанская», «Шахтинская», имени Ленина и «Тентекская». Здесь добывают коксующийся уголь, который используют для выплавки стали в домнах металлургического комбината Темиртау.

«Жалко, конечно, что мы лишились стольких предприятий, — говорит дочь горняка Амина Сатова. — Сколько оборудования похоронено в шахтных стволах! Особенно обидно за самую молодую шахту — «Молодежную». Под землей осталось почти новое горное оборудование. Инвестор почему-то не стал его поднимать на поверхность, наверное, это было дорого. Видимо, дешевле оказалось просто его затопить».

Шахтинск считается моногородом, но по финансовым меркам он вполне самодостаточный. Здесь есть не только градообразующие предприятия, но и малый и средний бизнес. В городе строят торговые дома, открываются офисы, возводят государственное арендное и кредитное жилье. Ежегодно ремонтируют дороги, благоустраивают парки и скверы, приводят в порядок дворы. Вот только, сетуют старожилы, нет той изюминки, которая бы позволяла людям с гордостью называть свой Шахтинск городом шахтерской славы.

Фото автора

Loading...
По теме:

6 декабря, понедельник