понедельник, 15 августа, 2022
icon
476.01
icon
490.15
icon
7.81
Алматы:
icon
23oC
Нур-Султан:
icon
14oC
Подпишитесь на нас:
Фридом Финанс
Биржа kase признала АО «Фридом Финанс» победителем в 6 номинациях по итогам 2021 года
ffin.kz
Интервью Айнур Оразбекова
10 февраля, 2022, 10:57

Эликсир здоровья: В России условия для мараловодов лучше, чем в Казахстане

Именно Восточный Казахстан занимает особое положение в сфере мараловодства и пантолечения в стране. Панты стали настоящим брендом региона. Здесь водятся маралы, логично, что и основная часть пантолечебниц расположена на востоке страны. Потому вдвойне обиднее осознавать, что 70% полученной здесь ценнейшей продукции уходит на экспорт.
С какими проблемами сталкиваются оленеводы Казахстана, почему панты пользуются спросом за границей, а не на родине. Об этом собственному корреспонденту ИА «NewTimes.kz» Дмитрию Белову рассказал председатель республиканской палаты мараловодства Нурлан Токтаров.

Эликсир здоровья: В России условия для мараловодов лучше, чем в Казахстане

Фото Ермека Имангазинова

Опытный мараловод уточняет сразу, что речь идет не в целом о ВКО, а именно об Алтае, где граничат Казахстан, Россия, Китай и Монголия.

«Именно в этих странах на территории Евразии традиционно водится марал. Самое большое поголовье оленей — в российском Алтае, на втором месте — Казахстан (Катон-Карагайский район), потом идут Китай и Монголия. Понятно, что основное количество пантолечебниц сосредоточено тоже здесь. К нам, в Катон-Карагайский район, чаще всего приезжают граждане России и Китая. И дело, кстати, не только в пантах и соответствующей продукции, в нашем районе много факторов, которые благоприятно действуют на здоровье: и чистейший воздух, и мед, и вода, и кумыс, и продукты питания», — отмечает Нурлан Токтаров.

Всего в Катон-Карагайском районе действуют 18 маральников, но санатории открыты по всему Казахстану — в Нур-Султане, Алматы, Актюбинской и Мангистауской областях. В год лечебницы посещает около 5 тыс человек. Вот только число казахстанцев, пользующихся пантопродукцией, хоть и увеличивается с каждым годом, но все равно остается мизерным.

Примечательно, что их всех процедур наши соотечественники чаще всего выбирают пантовые ванны, которые готовятся, по сути, из отходов консервирования пантов, а вот самое ценное и полезное — рожки — отправляются за границу. До 70% всей казахстанской продукции идет на экспорт.

«В общем, получается, что казахстанские мараловоды больше заботятся о здоровье других народов, чем своего», — с горечью замечает специалист.

Безоблачное прошлое

По словам Нурлана Токтарова, еще с советских времен совхозы, где выращивали маралов, были на особом счету. Именно Алтай всегда был основным поставщиком пантов. Кстати, в те времена существовало всего три мараловодческих совхоза, и все находились в Катон-Карагайском районе.

«Их называли миллионниками. Вся продукция шла на экспорт по единой международной платежной системе. Продукт реализовывался по 1-1,5 тыс долларов за килограмм. К примеру, тогда трактор стоил 2 тыс долларов. То есть можно было с одного марала срезать панты и купить трактор. А поголовье в те времена доходило до 3 тыс, а это 7 тонн одних пантов. Наши панты с удовольствием оптом закупали в Корее и Японии», — вспоминает опытный мараловод.

После развала Советского Союза нарушилась и целостная централизованная система, а следом и упала цена до 100 долларов. Сегодня ее удалось поднять до 220-250 долларов, но даже при такой ценовой политике мараловодческим хозяйствам выгоднее экспортировать свою продукцию, чем пытаться реализовать ее в Казахстане.

Фото Ермека Имангазинова…и туманно будущее

Впрочем, и других проблем в отрасли много. Мараловоды Казахстана просят о поддержке, например, в виде субсидий. Хотя бы по примеру соседнего государства. Известно, что в России в этой сфере действует специально разработанная программа, есть субсидирование мараловодства, 9 научно-исследовательских институтов изучают действие пантовых процедур.

Казахстанские оленеводы пока только могут мечтать о таком подходе. У нас же в 4 раза сократили субсидии. Сегодня выделяется всего 10 тыс тенге на маточное поголовье. И это все.

«Я считаю, что необходима комплексная программа, которая охватит не только сельское хозяйство, но и сферу здравоохранения, социальной защиты, туризма, в том числе лечебного. Наша ассоциация обращалась к депутатам мажилиса парламента РК со своими предложениями, но пока ситуация не меняется», — заявил Нурлан Токтаров.

Ранее мараловоды Риддера заявили, что больше 10 лет добиваются выделения земельных наделов. Местные предприниматели жалуются на бюрократические барьеры в вопросах передачи свободных территорий в долгосрочную аренду.

Хлопотное дело

А ведь разводить маралов непросто. Это только кажется, что олени сами себе пасутся и никакой заботы не требуют.

На самом деле маралам необходима среда обитания, максимально приближенная к естественным условиям. Но с этим связан и специальный уход за животными. В частности, огромную территорию, где пасутся животные, необходимо ограждать, а оленей кормить. Все это недешево.

Уход за малышами, которые рождаются обычно в июне, — дело кропотливое и не всегда благодарное. Когда приходит время отела, маралухи прячутся. И если у баранов и коров детеныши после рождения буквально через полчаса уже могу ходить, то телята маралов абсолютно беспомощны несколько дней. Они могут погибнуть не только от сильного хищника — волка или лисы, но даже от маленького барсука, который перегрызает вену и может питаться кровью малыша. В целом выживаемость оленят составляет всего 35-40%.