Принцип «недра принадлежат народу» должен работать на экономику Казахстана – ученый
Правила переработки медного концентрата должны сохранять привлекательность добычи для инвесторов и обеспечивать развитие отечественной металлургии. Такое мнение высказал в Facebook Омирсерик Байгенженов – доктор PhD, профессор кафедры металлургии и обогащения полезных ископаемых Горно-металлургического института имени О. А. Байконурова, передает ИА «NewTimes.kz».
По его словам, обсуждение методики определения тарифа выходит за рамки стоимости одной услуги. Речь идет о выборе промышленной модели: ограничиваться экспортом концентрата или развивать следующие этапы производства внутри Казахстана.
Байгенженов напомнил, что в 2026 году Министерство промышленности и строительства получило полномочия разрабатывать и утверждать такую методику. Он связывает эту меру с конституционным принципом принадлежности недр народу. В его понимании, этот принцип предполагает создание условий, при которых природные ресурсы обеспечивают стране не только доход от добычи, но и инвестиции, рабочие места и развитие переработки.
Ученый также обратил внимание на закон «О промышленной политике», который предусматривает отход от сырьевой модели и выпуск продукции с высокой добавленной стоимостью. Статья 60 устанавливает механизм обеспечения предприятий обрабатывающей промышленности отечественным сырьем.
Один из главных вопросов дискуссии касается Treatment Charge (TC) – платы за переработку концентрата. По приведенным автором данным Международного энергетического агентства, годовой мировой ориентир TC в 2026 году установлен на уровне нуля долларов за тонну, а спотовые ставки остаются отрицательными с 2024 года.
«TC часто воспринимается как показатель стоимости плавки. Но это не одно и то же. TC формируется прежде всего под влиянием соотношения доступного концентрата и плавильных мощностей. Когда сырья недостаточно, заводы конкурируют за него и снижают плату за переработку», – пояснил Байгенженов.
Ссылаясь на МЭА, он отметил, что с 2005 года на Китай пришлось более 90% прироста мировых медеплавильных мощностей. К 2025 году доля страны достигла примерно половины мирового объема.
При этом у предприятий сохраняются расходы на электроэнергию, персонал, ремонт, экологические мероприятия и модернизацию. Поэтому, подчеркивает ученый, мировой TC нельзя автоматически считать себестоимостью переработки.
Доходы от золота, серебра, серной кислоты и других сопутствующих продуктов также не равны чистой прибыли. Их получение требует оборудования, энергии и дополнительных затрат. По данным МЭА, которые приводит Байгенженов, при исчезновении доходов от TC заводы становятся сильнее зависимы от сопутствующей продукции, цены на которую более изменчивы.
Отдельный вопрос – финансирование обновления предприятий. Как отмечает профессор, текущие ремонты не могут десятилетиями заменять модернизацию оборудования, экологические проекты, автоматизацию и строительство новых мощностей.
«Поэтому сама возможность учитывать инвестиционную составляющую в экономике переработки выглядит логично. Но здесь особенно важны прозрачные правила. Инвестиции должны быть связаны с конкретным предприятием и конкретным проектом, подтверждаться фактическими затратами и иметь понятный срок возврата. Именно такие ограничения позволяют отделить инвестиционный механизм от простой компенсации неэффективности», – написал он.
Байгенженов также считает обоснованным стремление добывающих компаний снижать расходы и выбирать наиболее выгодный рынок сбыта. Поэтому тариф, по его мнению, должен рассчитываться по единой формуле на основе проверяемых затрат, с одинаковыми принципами для связанных и независимых поставщиков.
